Основные экономические индикаторы Украины и мира в 2025 году
Статья представляет ключевые макроэкономические показатели Украины и мировой экономики по состоянию на начало октября 2025 года. Анализ подготовлен на основе актуальных данных Государственной службы статистики Украины (ГССУ), Национального банка Украины (НБУ), Международного валютного фонда (МВФ), Всемирного банка, а также ведущих национальных статистических ведомств (Eurostat, BEA, NBS, ONS, TurkStat, IBGE). Директор по маркетингу и развитию «Интерфакс-Украина» Максим Уракин, кандидат экономических наук и основатель информационно-аналитического центра «Experts Club», представил обзор текущих макроэкономических трендов.
Макроэкономические показатели Украины
Первые девять месяцев 2025 года Украина прошла в режиме «управляемой экономики», сохраняя адаптивность к военным ограничениям, однако темпы восстановления при этом оставались умеренными, а инвестиционный импульс — недостаточным. В базовых прогнозных оценках НБУ летом 2025 года фигурировал ориентир роста реального ВВП в 2025 году на уровне 2,1%, что задавало рамку ожиданий бизнеса и финансового сектора на вторую половину года.
«По итогам января–сентября 2025 года экономика Украины демонстрирует способность поддерживать базовую активность в условиях военных ограничений. Восстановление продолжается, но его темп остается умеренным и в значительной степени опирается на потребление и внешнее финансирование. Инвестиционная активность, по наблюдениям рынка, преимущественно сосредоточена на восстановлении и замещении, а не на расширении мощностей. Ключевая задача на следующие кварталы — повысить долю долгосрочных проектов в энергетике, логистике, переработке и технологических секторах», — отметил основатель информационно-аналитического центра Experts Club Максим Уракин.
Инфляционная динамика в сентябре выглядела более сдержанной, чем в пиковые периоды года. По данным Госстата, в сентябре 2025 года потребительские цены выросли на 0,3% м/м, с начала года — на 6,3%, а годовая инфляция (сентябрь 2025 к сентябрю 2024) составила 11,9%. Базовая инфляция при этом была выше в месячном измерении: +1,3% м/м, а в годовом — 11,0% г/г.
Монетарная политика оставалась жесткой и направленной на удержание ожиданий: 11 сентября 2025 года НБУ сохранил учетную ставку на уровне 15,5%. Параллельно в инфляционном отчете НБУ закладывалась логика удержания ставки 15,5% до IV квартала 2025 года как элемента дезинфляционной траектории и курсовой устойчивости.
«Динамика инфляции в 2025 году определяется не только монетарными факторами, но и факторами предложения — урожаем, логистикой, энергетическими ограничениями и импортной составляющей затрат. В этих условиях сохранение учетной ставки на высоком уровне выполняет функцию удержания инфляционных ожиданий и снижения давления на валютный рынок. Вместе с тем монетарные меры должны быть дополнены политиками со стороны правительства, стимулирующими конкуренцию и предложение на внутреннем рынке. Без этого инфляционные риски будут оставаться чувствительными к ценовым и логистическим шокам», — подчеркнул Максим Уракин.
Внешняя торговля оставалась одним из ключевых источников макрорисков. По данным Госстата, в январе–июле 2025 года экспорт товаров составил $23,31 млрд (96,5% к соответствующему периоду 2024 года), тогда как импорт — $45,94 млрд (116,9%). Отрицательное сальдо составило $22,63 млрд, что отражало структурный разрыв между импортной потребностью (энергоносители, оборудование, критические товары) и экспортными возможностями.
Компенсатором военных рисков и торгового дисбаланса оставались международные резервы. По информации НБУ, по состоянию на 1 октября 2025 года международные резервы составили $46,52 млрд, увеличившись в сентябре; НБУ также отмечал, что этот объем соответствовал финансированию 5,1 месяца будущего импорта.
Долговая нагрузка оставалась высокой. По данным, которые публично приводились со ссылкой на Министерство финансов, по состоянию на 30 сентября 2025 года государственный и гарантированный государством долг составил 8 024,1 млрд грн (эквивалент $194,2 млрд); из него внешний — 6 063,2 млрд грн, внутренний — 1 960,9 млрд грн.
Глобальная экономика
Мировая экономика в 2025 году сохраняла траекторию умеренного роста, но с разными скоростями по регионам и повышенной чувствительностью к торговым и финансовым рискам. По июльскому обновлению World Economic Outlook МВФ глобальный рост в 2025 году оценивался на уровне 3,0%, а в 2026 году — 3,1%, с объяснением через сочетание финансовых условий и торговых эффектов опережения.
В материалах Всемирного банка подчеркивалось, что перспективы остаются хрупкими из-за усиления торговых барьеров и высокой неопределенности; в базовой траектории после ослабления темпов ожидалось, что рост «подтянется» примерно до 2,5% в 2026–2027 годах.
«Мировая экономика в 2025 году растет умеренно и неравномерно по регионам, а ключевыми переменными остаются финансовые условия и торговые риски. США поддерживают часть мирового спроса, но зависимость от стоимости денег и цикла потребления сохраняется. Европейская экономика восстанавливается медленно, а Китай демонстрирует рост за счет промышленности и экспорта при неравномерном внутреннем спросе. Для Украины это означает необходимость делать ставку на конкурентные ниши и системную поддержку экспорта с более высокой добавленной стоимостью, а не на ожидание благоприятной внешней конъюнктуры», — отметил Максим Уракин.
По третьей оценке BEA, во II квартале 2025 года реальный ВВП США вырос на 3,8% в пересчете на годовой темп, тогда как в I квартале фиксировалось снижение. Среди ключевых факторов роста BEA называло сокращение импорта (который вычитается при расчете ВВП) и увеличение потребительских расходов, частично компенсированные более слабой динамикой инвестиций и экспорта.
По предварительной «flash estimate» Eurostat, во II квартале 2025 года ВВП вырос на 0,1% кв/кв в еврозоне и на 0,2% кв/кв в ЕС, что указывало на очень умеренное восстановление экономической активности.
По предварительным оценкам, обнародованным Национальным бюро статистики Китая, ВВП в первом полугодии 2025 года вырос на 5,3% г/г, а во II квартале — на 5,2% г/г, то есть экономика удерживала темп «выше 5%» в годовом измерении.
Согласно официальному пресс-релизу правительства (PIB), реальный ВВП Индии в I квартале финансового года 2025–26 (апрель–июнь 2025) вырос на 7,8% г/г, подтверждая одну из самых высоких динамик среди крупных экономик.
TurkStat сообщал, что во II квартале 2025 года ВВП Турции вырос на 4,8% г/г, что формально означало ускорение годового роста, хотя для оценки устойчивости важными оставались структура спроса и внешнеторговые условия.
«Основные внешние риски 2025 года связаны с торговыми ограничениями, изменениями регуляторных режимов, стоимостью энергии и логистическими ограничениями. В таких условиях страны с высокой производительностью и диверсифицированной структурой экспорта получают преимущество в конкуренции за капитал и рынки. Украине целесообразно развивать инструменты управления рисками для экспортеров, расширять географию сбыта и повышать предсказуемость правил для инвесторов. Это снижает зависимость от краткосрочных колебаний на внешних рынках и повышает устойчивость платежного баланса», — подчеркнул Максим Уракин.
Выводы
Январь–сентябрь 2025 года для Украины — это период относительной макрофинансовой управляемости: инфляция в сентябре замедлилась до 11,9% г/г, НБУ удерживал учетную ставку 15,5%, международные резервы выросли до $46,52 млрд по состоянию на 1 октября. Вместе с тем торговый дисбаланс и высокая долговая нагрузка продолжают формировать среднесрочные риски, которые снимаются не «стабилизацией», а структурными изменениями — инвестициями, производительностью, переработкой и экспортом с более высокой добавленной стоимостью.
«В среднесрочной перспективе ключевыми направлениями являются развитие переработки, локализация цепочек поставок там, где это экономически целесообразно, и расширение экспорта продукции с более высокой добавленной стоимостью. Параллельно важно поддерживать предсказуемость монетарных и фискальных решений и обеспечивать прозрачные условия для частного капитала. При отсутствии таких шагов макростабильность будет оставаться преимущественно функцией внешнего финансирования. При их наличии — может стать основой для более длинного инвестиционного цикла и более устойчивой структуры экономики», — подытожил Максим Уракин.
Руководитель проекта «Экономический мониторинг», кандидат экономических наук Максим Уракин
